Неустойка, подлежащая уплате потребителю, не может быть уменьшена судом

Главная : Советы юриста : Неустойка, подлежащая уплате потребителю, не может быть уменьшена судом

Вопросы судебной компетенции в сфере уменьшения неустойки, установленной Законом РФ "О защите прав потребителей" за просрочку выполнения требования потребителя в отношении услуги или работы, являются весьма важными для правоприменительной практики, поскольку связаны со значительным имущественным интересом хозяйствующих субъектов. При рассмотрении предмета исследования автор отмечает, что в случае просрочки требования потребителя в отношении услуги в его пользу может быть взыскан двойной размер убытков. Суд не имеет права уменьшить размер взыскиваемой неустойки в указанном случае, так как он всегда будет либо равен размеру убытков, либо меньше последнего. <*>

Хотя ст. 333 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ) "Уменьшение неустойки" может в принципе применяться к любому из возможных видов неустоек. Основное ее применение связано со штрафной неустойкой, подлежащей оплате, как законной, так и договорной, поскольку именно в этом случае с должника взыскиваются и неустойка, и убытки, т.е. возникает вопрос о соотношении компенсационно-восстановительной и штрафной (карательной) функций неустойки, а также необходимости взыскания неустойки. Применение статьи 333 ГК РФ связано и с общим характером гражданско-правового регулирования общественных отношений, который определяется ст. 1 ГК РФ, в частности недопустимостью произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, обеспечением восстановления нарушенных прав и их судебной защитой. Как будет разрешаться указанный вопрос, имеет исключительно важное значение, так как суд, применяя ст. 333 ГК РФ, должен в каждом случае найти "компромисс" между соблюдением принципа диспозитивности сторон и недопущением злоупотребления правом.

Рассуждая о целесообразности взыскания штрафной неустойки, которая, следовательно, в части, превышающей убытки, выступает уже не в качестве компенсационно-восстановительной, а целиком карательной (хотя ее и в этой части можно рассматривать компенсирующей фактически понесенные, но не доказанные кредитором убытки, правда, которые он в силу ст. 330 ГК РФ и не должен доказывать), не следует забывать о том, что гражданское законодательство содержит и такой способ наказания участников гражданских правоотношений, как конфискация имущества (ст. 169 ГК РФ "Недействительность сделки, совершенной с целью, противной основам правопорядка и нравственности"). Следовательно, вынося решение, в том числе и в случае взыскания неустойки и убытков, и применяя ст. 333 ГК РФ, суд реализует властное полномочие, основанное на типе предоставленной ему власти - власти судебной. И полностью исключить вмешательство суда в сферу, урегулированную соглашением сторон, учитывая, что стороны (или сторона) по собственному желанию обратились в суд для урегулирования третьей стороной, в данном случае судом, спорных правоотношений, думается, не представляется возможным. Поэтому всякий раз следует говорить о степени такого вмешательства, его законности (законности вмешательства в той степени, в которой это было осуществлено) и обоснованности. Очевидно, ст. 333 ГК РФ дает основание для вмешательства суда в разрешение дела о размере взыскиваемой неустойки. Это вмешательство, оговоренное как право суда, высшими судебными инстанциями Российской Федерации толкуется как обязанность <1>.

 Как следует из ст. 333 ГК РФ, суд вправе уменьшить неустойку только в случае, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. Поэтому если явная несоразмерность судом установлена, то размер неустойки подлежит уменьшению. Что же означает "явно несоразмерна"? Законодатель не дает определения явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства, поэтому остается один критерий - сравнивать размер неустойки как штрафной санкции с размером убытков, который и является материальным выражением последствий нарушения обязательства, и уменьшать размер неустойки до равного или незначительно отклоняющегося от размера убытков в большую сторону (но никак не в меньшую). Однако иные критерии предлагаются в толковании ст. 333 ГК РФ Пленумом Верховного Суда Российской Федерации <2>, который, не раскрывая понятия несоразмерности, предлагает судам принимать во внимание степень выполнения обязательства должником, имущественное положение истца, а также не только имущественный, но и всякий иной заслуживающий уважения интерес ответчика. Такая рекомендация, как представляется, неоправданно широко раздвигает границы для судебного усмотрения, противоречит принципу диспозитивности сторон гражданских правоотношений и основным началам гражданского законодательства, закреплению прав и свобод человека и гражданина, в частности, в ст. 18 и ст. 19 Конституции Российской Федерации. <2>

Так, ст. 18 устанавливает, что права и свободы человека и гражданина определяют смысл, содержание и применение законов и обеспечиваются правосудием. Часть 2 ст. 19 устанавливает гарантии государства в отношении равенства прав и свобод человека и гражданина независимо от имущественного положения, а также других обстоятельств. У стороны договора (принявшей на себя обязательство) есть и другие меры гражданско-правовой защиты, перечень которых приводится в ст. 12 ГК РФ, в частности, сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной. Поэтому в вопросе толкования ст. 333 ГК РФ нет необходимости внесения дополнительных обстоятельств, которые в силу своей нерелевантности к исследуемой проблеме сами требуют адекватного толкования, тем самым только запутывая правоприменителей и стороны судебного разбирательства.

Более жизнеспособными критериями для установления несоразмерности представляются те, что предложены Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, а именно:

  1. чрезмерно высокий процент неустойки;
  2. значительное превышение суммой неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств;
  3. длительность неисполнения обязательств.

И вот здесь требуется различить случаи применения ст. 333 ГК РФ относительно взыскания договорной штрафной неустойки и законной штрафной неустойки, а в последнем случае еще и рассмотреть вопрос о взыскании неустойки, рассчитываемой на основании Закона РФ "О защите прав потребителей", так как одной стороной отношения, регулируемого им, всегда выступает потребитель (гражданин, физическое лицо), приобретающий товары или заказывающий услуги для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а другой стороной всегда является предприниматель (организация, независимо от ее организационно-правовой формы, или индивидуальный предприниматель, осуществляющий на свой риск деятельность, направленную на систематическое получение прибыли, т.е. предпринимательскую).

Значение Закона РФ "О защите прав потребителей" заключается во влиянии законодательства на фактическое экономическое неравенство сторон с целью уравнения участников регулируемого правоотношения "потребитель - предприниматель" посредством обеспечения потребителя эффективными средствами защиты от злоупотреблений контрагента, который в условиях борьбы за прибыль может переложить свои коммерческие риски на потребителя посредством неисполнения обязательства или его ненадлежащего, в том числе и несвоевременного, исполнения. Учитывая, что потребитель, обычно приобретающий товары (заказывающий услуги) в розницу, является конечным звеном в консумационных цепочках, охватывающих общество, построенное на саморегулировании отношений производства и потребления, защита его прав должна являться непременной заботой государства, подразумевая под последним все ветви его власти. Никакая экономическая деятельность, само назначение которой - создание благоприятных условий для удовлетворения потребностей населения, не может "переступать" через законные интересы каждого отдельного потребителя, ибо та прибыль, которая достается предпринимателю, складывается из средств, уплаченных за товар или услугу отдельным потребителем, т.е. лежит в основе процветания первого.

Конечно, говоря о фактическом экономическом неравенстве потребителя и предпринимателя, мы не имеем в виду то, что надо учитывать имущественное положение сторон и, основываясь на нем, выстраивать характер правового регулирования возникающих между ними взаимоотношений. Речь идет только об эффективных средствах защиты, которые следует предоставить одной стороне как конечному потребителю товара или услуги по отношению к другой стороне, которая, продав товар или услугу (получив за них денежные средства), "не отвлекается" от процесса осуществления своей предпринимательской деятельности, продолжает вести ее и дальше, ее интерес (полученные денежные средства) во взаимоотношениях с конкретным потребителем уже, как правило, удовлетворен, тогда как потребитель, заплативший денежные средства за купленный товар (заказавший услугу), может оказаться в ситуации, когда товар ему не передан, или он ненадлежащего качества, или он передан с просрочкой (это в той же степени касается и оказания услуги), и потребитель остается со своей неожиданно возникшей проблемой один на один. И здесь, в этой ситуации, со стороны власти ему нужна помощь. Не случайно в ст. 17 Закона "О защите прав потребителей" прямо указано, что защита прав потребителей осуществляется судом.

Рассмотрим применение ст. 333 ГК РФ к договорной штрафной неустойке в свете критериев, предложенных Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. Так как процент неустойки устанавливается соглашением сторон, то потенциальные стороны по своей воле, сознательно идут на установление определенного процента неустойки, в том числе и такого, который потом при рассмотрении дела в суде и применении судом ст. 333 ГК РФ может быть признан чрезмерно высоким. В качестве эталона судом могут приниматься во внимание и ставка рефинансирования Центрального банка РФ, и коэффициент инфляции (ее пределы), устанавливаемый в федеральных законах о принятии федерального бюджета на очередной год (или годы), и величины неустоек, применяемых в различных обычаях делового оборота. Однако общим следствием чрезмерно высокого процента неустойки является все же значительное превышение размером неустойки размера убытков. То есть вывод о чрезмерности процента неустойки делается практически всегда на основании сравнения неустойки и убытков как средство объяснить, почему же размер неустойки столь значителен.

Следующий критерий - значительное превышение суммой неустойки суммы убытков - является, по сути, иной формулировкой анализируемого нами понятия явной несоразмерности, о которой говорится в ст. 333 ГК РФ. Ясно, что явная несоразмерность того, что может быть императивно уменьшено, и означает значительное превышение им чего-либо, в данном случае - убытков. Наконец, длительность неисполнения обязательства. Коль скоро взыскиваемый размер неустойки уже "натек", то сам он корреспондирует с длительностью просрочки, и при прочих равных условиях большой размер неустойки не может корреспондировать с незначительной просрочкой, так что, по сути, повторное обращение внимания на длительность просрочки, повторное ее рассмотрение должно иметь характер морального осуждения или оправдания просрочившего - не более того. Никакого значения такое повторное рассмотрение для установления явной несоразмерности не имеет. Таким образом, единственное значение, помимо буквального толкования текста правовой нормы о явной несоразмерности, содержащейся в ст. 333 ГК РФ, имеет критерий установления сторонами правоотношения чрезмерно высокого процента неустойки. Известно, что размер законной неустойки может быть увеличен соглашением сторон, и тогда она становится договорной. Поэтому и в случае такого увеличения размера законной неустойки, допустим, чрезмерно высокого процента неустойки, устанавливаемого в соглашении, все равно следует руководствоваться общим подходом по применению ст. 333 ГК РФ к договорным штрафным неустойкам с той лишь облегчающей применение ст. 333 ГК РФ разницей, что готовым эталоном при решении вопроса о чрезмерности процента договорной штрафной неустойки будет являться процент законной неустойки, который бы применялся для ее исчисления, если бы стороны своим соглашением не повысили его.

Итак, если суд установил завышенность процента неустойки по отношению к какому-либо проценту, принятому за эталон, и, таким образом, установил чрезмерность ее (а начнет свой анализ суд, как отмечалось, со сравнения размера неустойки и убытков), то насколько справедливым и обоснованным будет вмешательство суда в частноправовые отношения сторон, своей обоюдной волей установивших именно такой процент неустойки, т.е. должен ли суд уменьшить неустойку в этом случае? Право суда, установленное в ст. 333 ГК РФ, как отметил Конституционный Суд РФ, является одним из правовых способов, направленных против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки <3>. Такой подход Конституционного Суда РФ представляется оправданным, он сдерживает стороны от злоупотребления правом, поэтому в тех случаях, когда размер неустойки устанавливают сами стороны, вмешательство суда в их взаимоотношения с целью "корректировки" первоначального соглашения видится уместным. Однако осуществляться оно должно только в случае явной несоразмерности неустойки убыткам, что имеет место в двух случаях:

1) в случае заведомо высокого процента неустойки по отношению к достоверно выверенному судом эталону такого измерения процента неустойки и

2) в случае значительного превышения суммой неустойки суммы убытков. В этой, второй, ситуации, когда неустойка равна или незначительно превышает убытки, суд не вправе уменьшать неустойку, какими бы иными, в том числе моральными, критериями, он ни руководствовался. В случае договорной штрафной неустойки, установленной путем увеличения размера законной штрафной неустойки, если получившаяся в результате неустойка явно несоразмерна убыткам, ее следует уменьшить до размера убытков, в ином случае также у суда нет права для вмешательства в ее размер. <3>

При рассмотрении законной штрафной неустойки такое основание для вмешательства суда во взаимоотношения сторон, как противодействие злоупотреблению правом свободного определения размера неустойки, отпадает. Чем же следует руководствоваться суду в данном случае, применяя ст. 333 ГК РФ? Общий подход может быть выработан на основании рассмотрения неустоек, устанавливаемых Законом РФ "О защите прав потребителей". Статья 23 указанного Закона устанавливает неустойку за просрочку выполнения требования потребителя в отношении товара в размере одного процента цены товара за каждый день просрочки. При этом сумма взыскиваемой потребителем неустойки Законом не ограничивается. Статья 28 указанного Закона устанавливает неустойку за просрочку выполнения требования потребителя в отношении услуги (или работы) в размере трех процентов цены услуги за каждый день просрочки. При этом размер взыскиваемой потребителем неустойки ограничивается ценой услуги.

Как поступить суду в том и другом случае?

Думается, что в условиях перехода к рыночной экономике, когда деловые репутации участников имущественного оборота еще по-настоящему не "заработаны", по крайней мере так, как это имеет место в странах с развитой рыночной экономикой, в Законе "О защите прав потребителей" следовало бы установить изъятие из общего правила применения ст. 333 ГК РФ и запретить суду уменьшать размер законной неустойки, устанавливаемый за просрочку выполнения требования потребителя в отношении товара. Такая мера была бы способна повысить ответственность производителей и продавцов товаров (исполнителей услуг), в большей степени стимулировать их к выполнению обязательств перед конечными потребителями, что способствовало бы становлению цивилизованных экономических отношений в российском обществе в целом. Без установления такого изъятия возможность суда и в этом случае уменьшать размер неустойки остается вполне законной, для этого, как и в случае договорной штрафной неустойки, следует убедиться в "явной несоразмерности". Подход к установлению такой несоразмерности нами рассмотрен выше.

Что же касается применения ст. 333 ГК РФ к неустойке, устанавливаемой Законом РФ "О защите прав потребителей" за просрочку выполнения требования потребителя в отношения услуги (или работы), то в этом случае суд не вправе уменьшить неустойку.

Покажем, что это действительно так. Как и ко всякой законной штрафной неустойке, и в этом случае неприменимо такое основание для вмешательства правоприменителя, как противодействие злоупотреблению правом свободного определения размера неустойки.

Исследуем иные релевантные критерии. Критерий "чрезмерно высокий процент неустойки" опять-таки неприменим, так как неустойка установлена федеральным законом. Критерий "значительное превышение суммой неустойки суммы возможных убытков" позволяет сделать однозначный вывод в пользу отсутствия явной несоразмерности и, следовательно, отсутствия основания для уменьшения неустойки по ст. 333 ГК РФ. Дело в том, что любая неустойка за просрочку выполнения требования потребителя в отношении услуги (или работы) уже ограничена (уменьшена) законодателем и ее максимальный размер равен цене услуги, т.е. убыткам. А если так, то ни о какой несоразмерности и праве суда уменьшать такую неустойку не может быть и речи. В такой ситуации потребитель, чье право нарушено, получает возможность взыскать убытки в качестве компенсации имущественной сферы и неустойку в качестве штрафа с причинившей убытки стороны. Такой штраф не следует рассматривать как "протекцию" обогащению потребителя или как его доход, перечеркивающий компенсационно-восстановительную функцию неустойки как способа обеспечения исполнения обязательств, проявляющуюся в полной мере в установленном законодателем общем правиле взыскания зачетной неустойки.

Закон "О защите прав потребителей", установивший штрафной характер неустойки, подлежащей взысканию по обстоятельствам регулируемых им общественных отношений, направлен на всестороннюю защиту прав гражданина-потребителя (физического лица). Такая стимулирующая мера, как законная штрафная неустойка, подлежащая взысканию в случае значительной просрочки должника, в максимальном размере, установленном законодателем и равном цене услуги (или работы), не противоречит принципу равенства участников регулируемых гражданским законодательством отношений, ведь взыскание неустойки, рассчитанной по ставке рефинансирования Центрального банка РФ, если просрочившим является потребитель, не свидетельствует о неравенстве сторон, хотя в других случаях основание говорить о таком неравенстве законодатель все же дает, например, установлением ряда гражданско-правовых "льгот" для публично-правовых образований.

Итак, в случае просрочки требования потребителя в отношении услуги в его пользу может быть взыскан двойной размер убытков. Суд не имеет права уменьшить размер взыскиваемой неустойки в указанном случае, так как он всегда будет либо равен размеру убытков, либо меньше последнего. К сожалению, в разъяснениях Верховного Суда РФ отсутствует понимание указанной разницы между ситуациями, когда вмешательство суда через применение ст. 333 ГК РФ возможно (в делах о неустойке из просрочки выполнения требования потребителя в отношении товара) и когда оно абсолютно невозможно и является нарушением закона (в делах о неустойке из просрочки выполнения требования потребителя в отношении услуги (или работы)) <4>.

Подытожим написанное:

  1. Когда неустойка равна или незначительно превышает убытки, суд не вправе уменьшать неустойку, какими бы иными соображениями он ни руководствовался. 
  2. В случае договорной штрафной неустойки, установленной путем увеличения размера законной штрафной неустойки, если получившаяся в результате неустойка явно несоразмерна убыткам, ее следует уменьшать до размера убытков, в ином случае также у суда нет права для вмешательства в ее размер. 
  3. Единственное значение, помимо буквального толкования текста правовой нормы о явной несоразмерности, содержащейся в ст. 333 ГК РФ, имеет критерий установления сторонами правоотношения чрезмерно высокого процента неустойки.
  4. В Законе РФ "О защите прав потребителей" следовало бы установить изъятие из общего правила применения ст. 333 ГК РФ и запретить суду уменьшать размер законной неустойки, устанавливаемый за просрочку выполнения требования потребителя в отношении товара. 
  5. Применение ст. 333 ГК РФ к неустойке, устанавливаемой Законом РФ "О защите прав потребителей" за просрочку выполнения требования потребителя в отношении услуги (или работы), невозможно, так как в указанном случае неустойка всегда либо равна убыткам, либо меньше их.

Келебай Е.Б., Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова

<*> The issues of judicial competence in the sphere of reduction of penalty established by Federal Law "On Protection of Consumers' Rights" for delay of demand of a consumer with regard to a service (or work) are very important for law application practice as they are connected with a considerable proprietary interest of economic subjects. In consideration of the subject of study the author notes that in case of delay of execution of demand of a consumer with regard to a service his losses shall be collected at double rate. The court cannot reduce the amount of the penalty in the said case as this amount will always be equal to the amount of losses or smaller than the amount of losses <*> Kelebaj E.B. Penalty Established by Federal Law "On Protection of Consumers' Rights" for Delay of Execution of Demand of a Consumer with Regard to the Service (or Work) Shall not Be Reduced by a Court.

<1> Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2000 г. N 263-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Наговицына Юрия Александровича на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации" // Правовой сайт "КонсультантПлюс": www.consultant.ru; информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14 июля 1997 г. N 17 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации" // ВВАС РФ. 1997. N 9.

<2> Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 1994 г. N 7 "О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей", с изм. и доп., внесенными Постановлениями Пленумов Верховного Суда РФ N 6 от 25 апреля 1995 г., N 10 от 25 октября 1996 г., N 2 от 17 января 1997 г., N 32 от 21 ноября 2000 г., N 11 от 10 октября 2001 г., N 6 от 6 февраля 2007 г. и N 24 от 11 мая 2007 г. // БВС РФ. 1995. N 1.

<3> Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 22 января 2004 г. N 13-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Бочаровой Нины Викторовны на нарушение ее конституционных прав частью первой статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации" // Правовой сайт "КонсультантПлюс": www.consultant.ru.

<4> Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 1994 г. N 7 "О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей".

 

Эксперт месяца Все эксперты
 
Атморская Оксана Леонидовна Атморская Оксана Леонидовна
город: Бердск
9837,6

Тэги Рубрики
Наши партнеры
юридическая консультация

Юридическая консультация www.gos-ur.ru

 
Вход для экспертов
Логин:
Пароль:
Забыли пароль
Регистрация

Задать вопрос
Дополнительно